#Казнефть, часть 5. Может ли министр обороны стать главой "КазМунайГаза"? В Бразилии – да.

За океаном происходит очередное повторение Венесуэльского сценария: в Бразилии протесты из-за повышения цен на бензин и дизель привели к увольнению главы национальной нефтегазовой компании и назначению на этот пост министра обороны.

В ноябре 2019 года я писал материал под названием «Петролеус де КазМунайГазос», где под общим тегом #Казнефть в нескольких частях планировал представить свое видение развития нашей ключевой отрасли экономики. В аналитическом материале я сравнивал известнейшую венесуэльскую национальную компанию Petroleos De Venezuela Sociedad Anonima (PDVSA) с нашей национальной компанией «КазМунайГаз», и как же КМГ не превратиться в PDVSA, которая уже несколько лет находится в состоянии дефолта по своим долгам.

Но вот другая нацкомпания в другой стране Южной Америки, судя по всему, отправилась по этому же пути. Давайте, как и в предыдущих материалах, по полочкам разложим ситуацию и попытаемся ответить на вопрос: «А может ли возникнуть такая же история и с нашим национальным достоянием?»

1. Мы такие разные, но все-таки похожие

А вы знаете, что у Казахстана и Бразилии вообще-то много схожего? Они на пятом месте в мире по занимаемой территории – мы на девятом месте (8,5 млн кв. м и 2,7 млн кв. м), Бразилия располагает доказанными запасами нефти в размере 12,7 млрд баррелей, у нас побольше – 30 млрд баррелей. До кризиса Бразилия добывала 2,9 млн баррелей в сутки, Казахстан – около 1,8 млн б/с. У нас даже номинальный ВВП на душу населения примерно одинаковый: $8,7 тыс у бразильцев и бразильянок, тогда как у казахстанцев $9,7 тыс., то есть мы живем на один айфон в год получше.

Отличия, конечно, в численности населения – 210 млн и 18,8 млн человек и величине самой экономики. Бразилия входит в неформальный клуб БРИКС (Бразилия, Россия, Индия, Китай и ЮАР) с ВВП в размере $1,8 трлн (в РК по итогам 2019 года в 10 раз меньше – $181 млрд).

Ну и климат у нас немного разный, совсем чуть-чуть. Там МЧС тоже присылает эсэмэски бразильцам об урагане, но не о похолодании.

2. Petrobras и KazMunayGas

Схожа ли история развития национальной нефтяной компании Petroleo Brasileiro S.A. (Petrobras) с КМГ? Давайте посмотрим.

Компания была основана в 1953 году и получила монопольное право на разработку нефтегазовых месторождений. В настоящее время бразильский коллега располагает 8,8 млрд баррелей доказанных запасов, то есть почти 70% всех нефтяных запасов страны, по итогам 2020 года, исходя из данных годового отчета, компания достигла рекордного показателя добычи нефти и газоконденсата в 2,3 млн б/с, совокупная добыча составила почти 2,8 млн б/с нефтяного эквивалента.

Таким образом, разделив цифры, мы получим, что национальная компания Бразилии контролирует почти 80% всей нефтедобычи страны, тогда как у КМГ доля составляет лишь 26% (грустный вздох, тут между нами схожего мало). При этом добыча Petrobras сосредоточена на шельфовых месторождениях, так как на суше углеводородное сырье добывают давно, соответственно, участки уже истощены, что весьма схоже с условиями деятельности КМГ – многие месторождения прошли пик добычи и попросту нерентабельны, ну а шельф – это пока отдаленное будущее, поскольку наша нацкомпания самостоятельно там еще не добывает.

И в Бразилии, и в Казахстане нефтяная компания больше национальная, чем нефтяная, то есть у общества высокий запрос к социальным обязательствам, что, конечно, сказывается на операционных показателях деятельности. В 2001 году заокеанский коллега приобретал аргентинские НПЗ с сетью из 700 АЗС. Ничего не напоминает? Конечно! Это же один в один приобретение «КазМунайГазом» НПЗ в Румынии с сетью АЗС в Восточной Европе в 2007 году. Одними тропами, как говорится, ходим.

3. Акционеры

До 1997 года единственным акционером Petrobras было государство. После размещения акций на NYSE (Нью-Йоркская фондовая биржа) и листинга на бразильской фондовой площадке государство стало владеть 50,26% национальной нефтяной компании.

Напомним, что некоторое время назад АО «Разведка Добыча «КазМунайГаз» листинговалось на LSE (Лондон), но после делистинга уже сама материнская компания начала подготовку к IPO в Лондоне и МФЦА. Тут тоже пути схожи.

4. Профильные и непрофильные

К слову, если бегло пробежаться по их годовым отчетам, то видно, что нацкомпания, как и КМГ, последовательно избавляется от активов. К примеру, Petrobras продает несколько НПЗ внутри страны. Если вы не знаете, то стратегия развития КМГ также предусматривает приватизацию наших трех НПЗ.

5. Коррупция

Вы удивитесь, но в бразильской нефтянке были громкие коррупционные скандалы. Мы ведь в основном привыкли к новостям из Латинской Америки о каких-то фантастических партиях наркотиков, а оказывается, там и в нацкомпании наладили схемы.

За период с 2010 по 2015 г. компании пришлось списать около $2 млрд из-за коррупционных нарушений при «откатах» на строительных работах нефтесервисных компаний, выявленных в ходе проверок, в том числе международными рейтинговыми агентствами, а также почти $15 млрд из-за завышения стоимости модернизации бразильских НПЗ!!!

6 февраля 2015 года из-за крупнейшего коррупционного скандала президент Petrobras и половина членов правления были отправлены в отставку. Новым президентом компании был назначен финансист, глава одного из крупнейших банков Бразилии, а финансовым директором был назначен Даурен Сапаралиевич де Соуза Монтейру. Тонкая шутка. Соуза Монтейру до этого занимал пост вице-президента крупнейшего частного банка Бразилии. Как и его заокеанский коллега, Даурен Карабаев, назначенный финансовым директором НК «КМГ» (тоже в феврале, но 2019 года), как и в бразильском сценарии, занимал пост заместителя председателя правления АО «Народный банк Казахстана».

Поделюсь небольшим аналитическим опытом, когда в профильные компании назначают «гражданских» управленцев – это означает, что компанию нужно «расчищать». Это про Бразилию. А в казахстанском случае приход уважаемого финансиста Даурена Карабаева восприняли как серьезную подготовку к IPO, ведь именно он занимался этим направлением в Народном банке.

Ну что, много схожего у, казалось бы, таких разных компаний в разных уголках света? К сожалению, да. Любая национальная нефтяная компания идет именно по такому пути: становление, расцвет, попытки международной экспансии, коррупция, истощение месторождений, дефолт и постепенное скатывание в генерирующий убытки актив.

Большая задача, стоящая перед нашим национальным достоянием, учесть опыт всех нефтяных национальных компаний, оставаясь надежным хребтом государственной экономики и социальной политики.

6. Найди два отличия

В чем наши компании отличаются? Petrobras не стал уходить из нефтепереработки и розницы. Да, они продают несколько НПЗ, но их у бразильской компании около 20. Они в отличие от КМГ не стали продать сеть АЗС и сейчас имеют около 8,5 тыс. АЗС по всей Бразилии, контролируют примерно 35% розничного рынка. Напомню, что КМГ продал всю сеть АЗС и нефтебазы в апреле 2019 года. Сейчас наша национальная компания не имеет никаких АЗС в РК.

Бразильская компания сумела отстоять, ну, может, слишком пафосно звучит, может, так и было задумано – в общем, Petrobras – это не только нефть и газ, но и выработка электроэнергии, биоэтанол (доля на мировом рынке около 35%), производство нефтехимической продукции, управление нефте- и газопроводами. Напомню, что КМГ находится в процессе изучения способов разделения КМГ и КТГ. То есть формально в Казахстане есть холдинг «Самрук-Казына», объединяющий эти «крылья», а в Бразилии нацкомпания в полном смысле является энергетической компанией и входит в десятку крупнейших нефтегазовых и энергетических корпораций мира.

7. ПСД

Есть и еще одно отличие. В Казахстане не очень любят эту тему, хотя я периодически ее озвучиваю, и она не зависит от каких-то моих позиций и должностей. Председателями совета директоров национальных компаний в 90% случаев являются члены правительства и профильных министерств.

К примеру, в Бразилии председателем СД национальной нефтяной компании являлись министр финансов и бывший адмирал – командующий флотом. В странах ОПЕК, и особенно нефтедобывающих гигантах Персидского залива, председателями СД являются министры энергетики.

Да, безусловно, на уровне корпоративной этики, конфликта интересов, интересов международных акционеров этот шаг является не очень комфортным. Однако что для нас с вами более важно?

Развивать компанию необходимо с учетом национальных интересов. Прямое или косвенное управление нефтяной компанией, влияние на проводимую политику становится все более важным по мере истощения месторождений.

Этот вопрос не часто поднимается в сфере, однако небольшой контроль НК КМГ над национальной добычей (напомню, 26% по нефти и 15% по газу) из года в год так и не продвигается в сторону увеличения.

Даже планируемое IPO КМГ пройдет в целом не в пользу нацкомпании, ведь вырученные деньги пойдут в бюджет (возможно, Нацфонд), а не в саму компанию. Хотя было бы правильнее направить эти средства на развитие добычи, разведку новых месторождений, новые производства в нефтегазохимической отрасли.

Рано или поздно КМГ придет к этой форме корпоративной структуры, ведь страна будет нуждаться в энергоресурсах для экспорта и внутреннего рынка. В Казахстане часто обсуждают мандат Национального банка. Напомню, НБ РК сфокусирован на инфляции и инфляционном таргетировании, хотя у экспертного сообщества другой вопрос – может, все-таки будем стимулировать экономический рост, который должен быть выше уровня инфляции?

Аналогичная ситуация со временем будет и в нефтянке – профильное министерство будет фокусироваться на усилении позиций нацкомпании. Все национальные нефтяные компании уже проходили эту стадию, «КазМунайГаз» не станет исключением. В настоящее время в СД КМГ семь членов: председатель Уолтон Кристофер Джон, Энтони Эспина, Холланд Филип Малкольм, Миллер Тимоти Глен, а также Алик Айдарбаев, Алмасадам Саткалиев и Узакбай Карабалин (который в прошлом возглавлял профильный миннефтегаз).

8. Что же происходит сейчас?

В 20-х числах февраля президент Бразилии Жаис Болсонару уволил председателя правления Petrobras Роберта Кастеллу Бранка и назначил на этот пост бывшего министра обороны Жоакима Силва-э-Луна.

Произошло это на фоне протестов в крупных городах Бразилии из-за повышения цен на бензин и дизельное топливо. Сначала бастовали водители грузовиков, потом к ним присоединились автолюбители, ну а там «пошло-поехало». Рост с начала года составил порядка 30% из-за роста мировых цен.

Естественно, приход бывшего министра обороны в нацкомпанию ничем хорошим для топ-менеджмента не обернется, и бразильская НК ждет дальнейших отставок и новых расследований. Интересно, есть ли в Бразилии телеграм-каналы с новостями «из сообщений бразильских анонимных, но достоверных источников»? Эдакие Хосе де Сильва Едиловы и Узун де Бразильано Кулак.

Приход верных и лояльных военных в национальные нефтяные компании далеко не редкость. Обратите внимание на мой материал/ссылку в самом начале – в Венесуэле была абсолютно идентичная ситуация.

То есть, несмотря на листинг на NYSE, миноритарных акционеров и их дивиденды, необходимость соблюдать национальные интересы во всех странах была выше. А общество не перестанет винить «во всех бедах» национальную компанию. Следует напомнить, что КМГ ныне не является игроком на розничном рынке АЗС, а с 1 марта в Казахстане начнутся первые биржевые торги нефтепродуктами. Интересно, что они принесут и какая будет реакция в обществе.

Справедливости ради (а также в целях объективного аналитического материала) взглянем на свежие цифры по ценам на ГСМ в мире. По состоянию на 15 февраля (глобальные аналитические данные публикуются с задержкой) самый дешевый бензин в Венесуэле – восемь тенге за литр 95-го бензина, Казахстан находится на седьмом месте в мире по дешевизне с показателем 170, а в вот в нефтедобывающей Бразилии литр стоит 375 тенге. В 2,2 раза выше.

Что из этого следует?

Полагаю, все понимают неизбежность роста цен на ГСМ в Казахстане, но как он должен проходить? Нужно готовить общество к этому, объяснять экономические реалии, в том числе и простыми словами. Тема цен на ГСМ – благодатная почва для различного рода псевдооппозиционеров и Беглецио де Аблязова, который неоднократно использовал этот проблемный вопрос.

P.S. В «дотурецкую эпоху» в Казахстане смотрели бразильские сериалы. Да-да, было такое время. Великолепного Бразильского Века там, конечно, не было. А из казахстанских сериалов примерно того времени я вспомнил «Перекресток». Был там такой милиционер, все время хотел стать главой Бостандыкского РОВД. Если будут снимать «Перекресток. Перезагрузка», то герой из Бостандыкского РОВД должен мечтать стать топ-менеджером «КазМунайГаза».

Наверное, КМГ сможет вполне успешно защищаться от народного недовольства ростом цен, но в будущем следует внимательно присматриваться к силовикам, антикоррупционщикам и членам Совета безопасности, имеющим опыт в нефтегазовой сфере. Возможность повторения бразильско-венесуэльского сценария в таком случае будет расти.

P.P.S. Ну и в качестве шутки, чтобы завершить на позитивной ноте – вам не кажется, что протесты в Бразилии после громкой бразильской музыки начинают превращаться в карнавалы? У меня почему-то такие ассоциации. Наверное, образы красивых бразильских девушек-ангелочков Victoria’s Secret – Адрианы Лимы и Жизель Бундхен – мешают мне представить бразильские протесты. Надо бы посмотреть в YouTube. Вопрос в другом – как трансформировать возможные будущие протесты в РК в мирный карнавал?

Интересно, у Petrobras сколько дочерних и зависимых компаний…


Источник: inbusiness.kz

Оставить комментарий

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *